главная хокку.ру
содержание:
 
Басе   1
Басе   2
Басе   3
Басе   4
Басе   5
Басе   6
Басе   7
Басе   8
Басе   9
Басе 10
Басе 11
Басе 12
Басе 13
Басе 14
Басе 15
Басе 16
Басе 17
Басе 18
Басе 19
Басе 20
Басе 21
Басе 22
Басе 23
Басе 24
Басе 25
..

Басе: По тропинкам Севера: я поднялся на Хагуродзан - Черную гору

20. В третий день шестого месяца я поднялся на Хагуродзан - Черную гору. Навестил некоего Дзуси Сакити, повстречался с Бэттодай Экакуадзяри. Я остановился в храме в Минамитани - Долине юга. Хозяин отнесся ко мне с сердечной теплотой.

Как благодатно!
Снег веет ароматом
В Долине юга…

На пятый день я пошел поклониться в храм Гонгэн. В каком веке жил монах Нодзё-дайси, открывший эту священную гору, я не знаю. В уложении Энгисики значится храм Усюридзан. Должно быть, при списывании знак "коку" - "черный" - был превращен в "ри" - "деревня". Гора Усюроко-кудзан сокращенно именуется Хагуродзан. Называют ее также "Идэха": кажется, в старинных описаниях этой местности говорится, что отсюда в дар двору приносили птичьи перья. Хагуро вместе с Гассан - горой Луны и Юдоно - горой Ключей - называют "Сандзан" - Три горы. Теперь они принадлежат к приходу Торай в Эдо, в Мусаси. Луна "светопознания" ярка, а при ней горит светильник "закона". Кельи монахов выстроились в ряд, подвижники творят свои подвиги, и дивность этого священного места вызывает почитание и трепет людей. Процветание его длится долго, и поистине должно назвать его благодатной горой.

 На восьмой день я поднялся на Гассан. Накинул на плеч белое покрывало, укутал голову белым платком и в сопровождении проводника, зовущегося здесь "носильщиком", ступая по льду и снегу, в горном воздухе, среди тумана и облаков, взбирался восемь ри. Чудилось, точно вступил в те пределы, где свершают свой путь луна и солнце. Дыхание прерывалось, тело коченело. Когда добрались до вершины, солнце село, показалась луна. Я подостлал листья бамбука, в изголовье положил молодые побеги, лег и ждал рассвета. Когда вышло солнце и облака растаяли, я спустился на Юдоно. У лощины есть кузница. Здешние кузнецы отыскали чудодейственную воду и, очищаясь в ней, ковали мечи. На них чеканили клеймо "Гассан"; они прославлены. Будто закаляли сталь в источнике Лун-сюань! Они уносились мыслью к давним временам мечей Канся и Бакуси, - их пыл к искусности в своем пути был не мал.

Я присел на скалу и немного отдохнул; тут я увидел, что бутоны низкорослых - в три сяку - вишен полураскрылись. Умилительна душа цветов этих запоздалых вишен, погребенных под грудами снега - и не забывающих о весне! Это было подобно тому, как если бы под пламенеющим небом благоухали цветы сливы.

Пусть друг о друге
Вздохнем с тоской мы оба!
Ведь горной вишни
Цветы ия - одни мы,
И некому нас видеть…


(Гёсон-содзё)

Я вспомнил стих Гёсон-содзё, но здесь очарование чувствовалось с большей силой. По уставу паломников, всякие подробности о горах сообщать другим запрещено. Потому я кладу кисть и не пишу.

Вернувшись в келью, я, по просьбе адзяри, записал хайку о паломничестве к Трем горам

Как прохладно здесь!
Месяц ранний над тобой,
Черная гора.

Пики облаков
Рушились уж сколько раз…
О гора Луны!

Замкнуты уста!
На горе Ключей от слез
Влажен мой рукав…

Юдонояма!
Слезы лью, ступая здесь
По деньгам в пыли.

(Сора)

Я ушел из Хагуро, у Цуругаока был встречен в доме Нагаяма Дзюко; написали рэнку. Сакити сопутствовал мне. В лодке мы спустились по течению к гавани Саката. Заночевали у врача по имени эн'ан Фугёку.

О пики Зноя!
Смотрю на бухту Ветра
Прохладный вечер…

Все пламя солнца
Ты влила в воды моря,
Могамигава!
 
Вы читали часть произведения Мацуо Басё: По тропинкам Севера.