главная хокку.ру
содержание:
 
Басе   1
Басе   2
Басе   3
Басе   4
Басе   5
Басе   6
Басе   7
Басе   8
Басе   9
Басе 10
Басе 11
Басе 12
Басе 13
Басе 14
Басе 15
Басе 16
Басе 17
Басе 18
Басе 19
Басе 20
Басе 21
Басе 22
Басе 23
Басе 24
Басе 25
..

Мацуо Басе: проза и стихи: Три дня провел я с вишнями Есино

Мацуо Басё 
Путевые дневники

ЗАПИСКИ ИЗ ДОРОЖНОГО СУНДУЧКА

Три дня провел я с вишнями Есино, любовался рассветами и закатами, печальный свет предрассветной луны проникал в мою душу и полнил грудь, меня чаровали виды, воспетые некогда господином Регентом, я блуждал по тропам в поисках веток, надломленных рукой Сайгё, вспоминал строки, когда-то оброненные здесь Тэйсицу: "Вот это да!..", сам же не умел найти ни единого слова, да, как это ни досадно, бесполезные уста мои неизменно оставались замкнутыми. Стремление к прекрасному, заставившее меня пуститься в путь, было воистину неукротимо, но вот я здесь и не могу ничего сказать - прискорбное обстоятельство!

Гора Коя:

О мать, о отец…
Такая тоска в душе -
Плачут фазаны.

Облетают цветы.
Как же стыдно узла на макушке!
Обитель в горах…

Мангику

Песенная Бухта - Вака-но ура:

Уходит весна.
В Песенной бухте ее
Догнать удалось.

Монастырь Кимиидэра.

Ступни мои были стерты до крови, я невольно вспомнил о переправе Сайгё через реку Тэнрю и подумал, что, наверное, мало чем от него отличаюсь, когда же пошел нанимать лошадь, мне на память пришел давний случай с разгневанным отшельником. Красота гор, равнин, морей и побережий представляется мне проявлением созидательной деятельности высших сил, я устремляюсь сердцем вослед за идущими по пути освобождения от привязанностей, ищу истину, открывающуюся человеку, посвятившему себя служению прекрасному. Я покинул свое жилище, и нет у меня желания обзаводиться скарбом. Руки мои пусты, а потому неведомы мне дорожные страхи. Свой размеренный шаг предпочел я дорожному паланкину, и лакомее мяса мой скромный ужин. Где пожелаю, там и остановлюсь передохнуть, когда захочу, тогда и продолжу идти дальше. Только две каждодневные заботы имею. Как бы найти подходящее пристанище на ночь, да где бы раздобыть прочные сандалии по ноге - вот и все мои немудреные желания. Одно настроение является на смену другому, каждый новый день рождает новые чувства. А уж если случится встретить на пути человека, хоть немного сведущего в прекрасном, радость просто безмерна. Впрочем, даже если случай посылает тебе человека, которым в обычное время ты непременно бы пренебрег, полагая его косным и твердолобым, разговорившись с таким где-нибудь в глуши или вдруг обнаружив его в заброшенной землянке или в заросшей хмелем хижине, испытываешь такое чувство, будто среди камней или битой черепицы обнаружил драгоценный камень, будто в грязи нашел золотой слиток, сразу же представляешь себе, как ты об этом напишешь или расскажешь кому-нибудь - право же, это одно из главных удовольствий, выпадающих на долю страннику.

День смены одежд:

Теплый халат
Скинув, взвалил на плечи.
День смены одежд.

Ушел из Есино.
Как хочется ватное платье продать -
День смены одежд.

Мангику

В день Омовения Будды,110 бродя по Нара от одного храма к другому, увидел, как олениха родила олененка - удивительно, что это произошло именно сегодня:

День Омовения.
Вместе с Буддой сегодня родился
Олененок.

Увидев священную картину, на которой было изображено, как Гандзин, настоятель монастыря Седайдзи, плывя по морю в страну Ямато, преодолевает семьдесят несчастий, и как в конце концов его ослепляет соленый морской ветер…

Сверкает листва.
Как хотел бы стереть я слезы
С глаз незрячих твоих.

В Нара расстаюсь со старыми друзьями:

Рога оленя.
Вот и пришла пора
В стороны разойтись.

В Осака, в доме у одного человека:

Ирисы.
Беседа - вот и еще одна
Услада в пути.

Сума:

Луна, она здесь,
Но будто бы нет ее в небе -
Лето в Сума.

Гляжу на луну,
Но все не хватает чего-то…
Лето в Сума.

 Стоит середина месяца Зайца, и небо, еще окутанное неясной дымкой, пленяет изысканной красотой, в эти быстротечные ночи луна особенно прекрасна, она льет свой свет вниз на горы, уже темнеющие молодой листвой, тут откуда-то со стороны моря начинает брезжить рассвет, невольно наводящий на мысль о том, что пора бы прилететь и кукушке. Вот уже в предгорьях румянятся волны злаков, а вдалеке, возле рыбачьих хижин, туман, постепенно рассеиваясь, открывает взору слабо колышущиеся маки.

Лица рыбаков
Возникают первыми в утренней мгле.
Цветущие маки.

Сума делится на Восточное Сума, Западное Сума, Прибрежное Сума, и трудно понять, чем промышляют в каждой из этих трех местностей. У всех на слуху песня "с трав морских капли соли стекают…", но и этим промыслом, похоже, в наши дни уже никто не занимается. Здесь ловят сетями рыбу, которая называется кисуго, и сушат ее прямо на берегу, раскладывая на мелком песке, отчего рыбу часто таскают вороны. Некоторые, вооружившись луками, пугают их, но вряд ли это можно считать занятием, достойным рыбака. Подумав, однако, что, быть может, они пытаются таким образом сохранить память о некогда разыгравшихся здесь сражениях, я почувствовал себя пристыженным и, преисполненный тоски по прошлому, решил подняться на вершину Тэцукаи - Железного Посоха. Отроку, который был моим проводником, видно, не по душе это пришлось, во всяком случае, он под разными предлогами попытался уклониться, я же, как мог, старался задобрить его, обещал накормить в чайной лавке у подножья, словом, являл собой фигуру растерянную и жалкую. Моему провожатому было, очевидно, года на четыре меньше, чем тому деревенскому молодцу, которому, как известно, исполнилось шестнадцать, тем не менее он вынужден был сопровождать меня на пути в несколько сотен дзе, вдвоем мы карабкались на крутые и извилистые, как бараньи кишки, утесы, не раз готовы были сорваться вниз и чудом удерживались, цепляясь за ветки азалий, за стебли низкорослого бамбука, задыхались, обливались потом, словом, прошло немало времени, прежде чем мы оказались наконец у Облачных врат, - и, разумеется, этим я обязан стараниям моего ненадежного вожатого.

Рыбак из Сума.
Кончик стрелы направлен вверх -
Не там ли кричит кукушка?

Кукушка.
Там, где вдали замирает твой крик, -
Остров в тумане.

Храм Сумадэра.
Нет музыкантов, но флейта звучит
В тени под деревьями…

Ночлег в Акаси:

В ловушке-горшке
Видит случайные сны осьминог
Под летней луной.

"Вряд ли на свете существует место, где осень столь же уныла" - так, кажется, было сказано. И в самом деле, истинная красота этого залива раскрывается именно осенью. Невозможно передать словами то уныние, ту печаль одиночества, которые овладели мной. "Будь сейчас осень, - думал я, - мне бы наверняка удалось выразить хоть малую долю своих чувств". Увы, так часто думают люди, не подозревающие о том, что им просто недостает сообразительности. Остров Авадзи виден как на ладони, справа и слева от него заливы Сума и Акаси. Не в подобном ли месте было сказано: "Земли У и Чу простираются к востоку и к югу…" Человек понимающий, увидев этот пейзаж, наверняка нашел бы, с чем его сопоставить.

Позади меня, за горой, деревенька под названием Таи-но хата - она считается родиной девиц Мацукадзэ и Мурасамэ. Еще дальше тянутся грядой вершины гор, где-то там пролегает дорога в Тамба. От прежних времен сохранились такие зловещие названия как Хатибусэнодзоки - "Загляни в горшок-ловушку" или Сакаотоси - "Катись кувырком", если же, встав у сосны с колоколом, посмотреть вниз, то прямо под собой увидишь дворец Ити-но тани. Думы уносятся к смутам тех давних времен, к тем далеким сражениям, и образы прошлого один за другим, как живые, проходят пред мысленным взором, - вот госпожа Нии-но амагими с малолетним государем на руках, запутавшись в подоле госпожи Неин, падает на дно лодки, вот многочисленные дамы, прислужницы и служанки поспешно укладывают разную утварь, заворачивают в одеяла и коврики лютни-бива и цитры-кото и бросают их в лодку, вот угощение, приготовленное для государя, упав в воду, становится кормом для рыб, вот шкатулки для гребней, опустившись на дно, смешиваются с морскими травами, - да, горести многих веков хранятся на дне этого залива, и не звучит ли неизбывная тоска даже в плеске белопенных волн?..
 
Вы читали прозу и поэзию японского классика Мацуо Басё в переводе на русский язык.