27. Мало-помалу скрылся пик Сиранэ и показался пик Хина. Я перешел мост Асамуцу; у тростника в Тамаэ колосились кисти. Миновал заставу Угуису, перешел перевал Юноо и в Хютигадзё, на горе Каэруяма, слышал первых диких гусей. В четырнадцатый день в сумерки я стал в гостинице в гавани Цурута. В эту ночь луна была особенно ясной. “И завтрашней ночью будет так же?” – спросил я. “Ясно ль, пасмурно ль будет в следующую ночь, здесь на севере знать заранее трудно”. Хозяин угостил меня сакэ, и я поздно вечером пошел поклониться в храм Кэхи. Там есть могила императора Тюаи. Вокруг храма все полно величавой стариной; сквозь сосны падал лунный свет, казалось, точно белый песок покрыт инеем “В древние времена святитель Югё, принеся великий обет, сам косил траву, носил камни и землю, осушал грязь, и приходящим паломникам не было беспокойства. Древний обычай не вывелся доныне, перед храмом носят песок. Это зовется “ношение песка Югё”, – так рассказал хозяин.

Ясная луна
Ночью светит на песок,
Что принес Югё.

На пятнадцатый день, как и сказал хозяин, пошел дождь.

Полная луна!
Как погода севера
Переменчива…

На шестнадцатый день, когда небо прояснилось, я направил лодку по берегу Иронохама, чтобы набрать розовых раковин “масуо”. Это морем семь ри. Некто Тэн’я наготовил в изобилии корзин и бамбуковых сосудов, посадил в лодку множество слуг, и при попутном ветре с моря мы пристали к берегу. На берегу кое-где есть рыбачьи домики и убогий храм Хокэдзи. Здесь мы выпили чаю, согрели сакэ; сумеречная грусть переполняла чувства.

О, как печально!
Сума, ты затмеваешь
Осенний берег.

Берег, волн прибой.
Среди раковин видны
Хаги лепестки.

Все случившееся за день мне записал Тосай и оставил в храме.
 
Вы читали часть произведения Мацуо Басё: По тропинкам Севера.