БАСЁ (1644–1694)

Где ты, луна, теперь?
Как затонувший колокол,
Скрылась на дне морском.

Домик в уединенье.
Луна… Хризантемы… В придачу к ним
Клочок небольшого поля.

Монахини рассказ
О прежней службе при дворе…
Кругом глубокий снег.

Замшелый могильный камень.
Под ним – наяву это или во сне? –
Голос шепчет молитвы.

Все кружится стрекоза…
Никак зацепиться не может
За стебли гибкой травы.

Колокол смолк вдалеке,
Но ароматом вечерних цветов
 Отзвук его плывет.

Падает с листком…
Нет, смотри! На полдороге
 Светлячок вспорхнул.

Хижина рыбака.
Замешался в груду креветок
 Одинокий сверчок.

Больной опустился гусь
 На поле холодной ночью.
Сон одинокий в пути.

Даже дикого кабана
 Закружит, унесет за собою
 Этот зимний вихрь полевой!

Печального, меня
 Сильнее грустью напои,
Кукушки дальний зов!

В ладоши звонко хлопнул я.
А там, где эхо прозвучало,
Бледнеет летняя луна.

Друг мне в подарок прислал
 Рису, а я его пригласил
 В гости к самой луне.

Глубокою стариной
 Повеяло… Сад возле храма
 Засыпан палым листом.

Так легко-легко
 Выплыла – и в облаке
 Задумалась луна.

Белый грибок в лесу.
Какой-то лист незнакомый
 К шляпке его прилип.

Блестят росинки.
Но есть у них привкус печали,
Не позабудьте!

Верно, эта цикада
 Пеньем вся изошла? –
Одна скорлупка осталась.

Опала листва.
Весь мир одноцветен.
Лишь ветер гудит.

Посадили деревья в саду.
Тихо, тихо, чтоб их ободрить,
Шепчет осенний дождь.
 
Вы читали хокку поэта Басё: из коллекции японских стихов (трёхстиший, хокку, хайку)