Период Нара VIII в.

АННАЛЫ ЯПОНИИ

Свиток XI

Государь Нинтоку
[3. Дымки очагов]

Весной 4-го года, в день Киноэ-нэ месяца Кисараги, когда новолуние пришлось на день Цутиното-но хицудзи, государь отдал повеление министрам, сказав: «Я поднялся на высокую площадку и посмотрел вдаль, но над землей нигде не поднимаются дымки. И я подумал — видно, крестьяне совсем обеднели, никто даже не разводит огня в доме. Слышал я, что во времена мудрого правителя люди славили его добродетель и в каждом доме слышались спокойные песни. Я же смотрю на миллионы — десятки миллионов подданных вот уже три года. Дымки очага видны все реже. Из этого явствует, что пять злаков не вызревают и все сто родов живут в нужде. Даже в окрестностях столицы есть еще люди, не покорные властям. Что же, спрашивается, происходит за пределами столичного округа?»

В день Цутиното-но тори месяца Яёи, когда новолуние пришлось на день Цутиното-но уси, государь отдал повеление: «Отныне и до истечения трех лет все поборы прекратить и дать ста родам передышку в их тяжелом труде».

С того дня государю не шили нового платья и обуви, пока старые не износятся. Не подавалось новой еды и питья, пока прежние не скиснут. Сердце свое он унял, волю сжал и ничего не предпринимал ради себя самого.

Потому, хотя изгородь его обители сломалась — ее не восстанавливали, настланный на крыше тростник обветшал — его не перестилали. В щели врывался ветер с дождем, одежда на государе промокала. Сквозь проломы в настиле крыши государю с ложа было видно мерцание звезд.

Зато дождь и ветер стали соответствовать ходу времени, а пять злаков — давать богатые урожаи.

Через три года все сто крестьянских родов сделались зажиточными. Повсеместно уже воспевали в песнях государеву добродетель, повсюду вились дымки очагов.

Летом 7-го года, в день новолуния Каното-но хицудзи месяца Удуки, государь соизволил подняться на возвышение и оглядеться далеко кругом — везде во множестве виднелись дымки очагов.

В тот день он соизволил сказать государыне-супруге: «Вот я уже и богат. Теперь печалиться нет причины».

Государыня в ответ рекла: «Что ты называешь быть богатым?»

Государь ответил: «По всей стране от очагов поднимаются струйки дыма. А могут ли сто родов стать богатыми сами по себе?»

На это государыня возразила: «Изгородь дворца развалилась, и никак ее не починить. Крыша обветшала, и платье промокло от росы. Почему же ты говоришь о богатстве?»

Государь рек: «Небесного властителя ставят на его пост ради блага ста родов. И при этом сам властитель сто родов полагает за главное. Поэтому мудрые правители прошлого, даже если всего один подданный голодал и мерз, старались сократить свои потребности. Когда сто родов бедны — я тоже беден. Богатеют сто родов — богатею и я. Не было еще такого — чтобы сто родов были богаты, а правитель беден». <…>

В 9-м месяце от всех провинций поступили такие запросы: «С тех пор как были отменены все подати и повинности, прошло уже три года. За это время дворец обветшал и развалился, государевы амбары пусты. Теперь народ — «черные головы» богаты, упавшее с земли не подбирают. В деревнях нет вдовцов и вдов, в домах есть излишки. Если в такую пору не исполнять повинности, и не вносить налоги, и не поправить дворец, то уж, верно, не простит Небо такой вины». Однако государь решил еще какое-то время потерпеть и не согласился.

Весной 10-го года, в десятом месяце, наконец снова была собрана дань и перестроен дворец. Не приходилось подгонять людей ста родов — даже старики сами прибрели, и детей взрослые привели, все дружно перетаскивали бревна или корзины на спине носили. Дня и ночи не различая, сил не жалея, наперегонки работали. Так что и времени много не прошло, а уж дворец был готов.

Вот почему до сих пор этого государя именуют правителем-мудрецом.

[8. Водяной змей]

<…> У развилки реки Капа-сима-гапа в средней части провинции Киби появился большой водяной змей, которого все страшились. Если путник оказывался рядом с этим местом, то его настигала беда, и погибло много людей. И вот, нашелся некий Агата-мори, предок Каса-но оми, чрезвычайно отважный и сильный. Заглянул он в стремнину, бросил туда три кувшина из тыквы-горлянки и сказал: «Ты изрыгаешь яд и губишь проходящих. Я собираюсь тебя, змея, убить. Если эти тыквы потонут, я отступлю. Если же не потонут, тогда я сумею тебя поразить».

Змей тут превратился в оленя и потащил кувшины в глубь реки. Они же все равно не потонули. Тогда Агата-мори вынул меч, вошел в воду и зарубил змея. Стал он искать его сородичей, а все змеиное племя обитало в пещере на дне стремнины. Агата-мори всех их зарубил. И река превратилась в поток крови. Потому и назвали это место на реке Стремниной Агата-мори.

В то время приключилось много разных бедствий, несколько раз случалось сопротивление двору. И государь вставал спозаранок, а спать ложился поздно, он облегчил подати и повинности, как мог щадил народ страны, был добродетелен и милостив, желая помочь народу в его трудностях и горестях. Он соболезновал, когда люди умирали, справлялся о больных, поддерживал сирот и вдов. Благодаря этому государственные дела шли успешно и Поднебесная пребывала в великом спокойствии. Двадцать с лишним лет прошли благополучно.

Свиток XIII

Государь Инге
[3. Проверка подлинности родов и семей посредством испытания кипятком]

Осенью 4-го года, в день Цутиното-но уси 9-го месяца, когда новолуние пришлось на день Каното-но ми, государь отдал повеление: «Во времена правителей глубокой древности народ знал, где чье место, имена и ранги родов блюлись строго. С тех пор как я взял на себя наследные деяния, прошло уже четыре года. Верхи и низы в распре, сто родов неспокойны. Одни, совершив оплошность, теряют ранг своего рода. Другие же, напротив, вдруг ни с того ни с сего притязают на высокое звание. И все это оттого, что мы этим не занимались.

Хоть я и не особенно умудрен, но как же не выправить этот беспорядок? Вы, вельможи и министры, обдумайте все это, примите решение и доложите мне».

Все вельможи и министры дружно ответили: «Если высокий государь восполнит утраченное, выправит исказившееся и установит порядок родов и фамилий, то мы, недостойные, готовы за это жизнь свою положить».

В день Цутиноэ-сару было речено повелениие: «Приближенные вельможи, главы ста управ, управители всех провинций, — все твердят: „Мы — потомки владыки” или ссылаются на чудо, уверяя, что они „спустились с Неба”. Однако, с тех пор как проявились-разделились три начала, миновали десятки тысяч лет. Отдельные роды разделились, и появилось множество семей. Узнать о них правду — затруднительно. Поэтому пусть люди всех родов и семей совершат омовение и очищение и пройдут испытание погружением руки в кипяток».

И вот, на склоне Кото-но магапэ-но саки, на холме Умакаси-но вока, был поставлен котел с кипящей водой, всех привели туда и велели пройти испытание, сказав при этом так: «Тот, кто говорит правду, останется невредим. Если солжешь, то непременно пострадаешь».

Это и именуется испытанием кукатати. А еще — кладут в котел грязь и варят. Туда суют руку и погружают глубоко в грязь. Или же раскаляют топор до цвета пламени и кладут на ладонь.

И вот, все опоясались шнурами из бумазеи и стали по очереди подходить к котлу и подвергаться испытанию. И все, за кем была правда, остались невредимы, а лгавшие ошпарились. И тогда, увидев это, те, кто лгал о своем происхождении, испугались и не посмели приблизиться к котлу. Вот так были проверены все роды и семьи, и с той поры лжи уже не случалось.

[6. Человек из племени ама]

Осенью 14-го года, в день Киноэ-нэ 9-го месяца, когда новолуние пришлось на день Мидзуното-но уси, государь изволил охотиться на острове Апади. В то время в горах и долинах было полным-полно больших оленей, обезьян и кабанов. Они вздымались внезапно, подобно пламени, шумели, как мухи. Однако вот уже и день кончился, а ни одного кабана поймать так и не удалось. И стали они тогда проводить гадание. Бог острова, наводя порчу, сказал: «Это из-за меня охота не удается.

Дело в том, что есть на дне моря Акаси белая жемчужина. Если мне добудут эту жемчужину, я не буду мешать вам поймать кабана».

Призвал тогда государь людей племени ныряльщиков ама из разных мест и повелел им обшарить морское дно у Акаси. Но море было глубоко, и достать до дна никто из них не мог.

И сыскался тогда один человек из племени ама. Звали его Восаси. Родом он был из селения Нага-но мура в провинции Апа. Превосходил он всех прочих ама. Вот, обвязал он поясницу веревкой и пошел по дну морскому. Через некоторое время выходит и докладывает: «Там, на морском дне, лежит огромная раковина апаби. От нее исходит сияние». Тут все говорят ему: «А жемчужина, которую просит бог острова, она-то есть в утробе апаби?»

Снова вошел Восаси в воду, чтобы проверить. И вскоре всплыл на поверхность, держа в руках огромную раковину апаби. И тут дыхание его пресеклось, и он умер на волнах. Тогда бросили веревку, чтобы измерить глубину моря, оказалось — шестьдесят пиро.

Открыли раковину — а там и в самом деле жемчужина. Размером с плод персика.

Поднес ее государь богу острова и стал охотиться. Убил много диких кабанов. Только горевал он, что Восаси, войдя в море, там и погиб. И государь приказал устроить ему пышные похороны. Могила его сохранилась до сих пор.

Свиток XIV

Государь Юряку
[6. Ошибка Сугару]

В день Хиното-но и 3-го месяца, когда новолуние пришлось на день Каното-но ми, государь решил предложить государыне и младшим супругам-наложницам собственноручно собрать тутовые листья на корм гусеницам шелкопряда. А человеку по имени Сугару приказал он собрать со всей страны гусениц шелкопряда [яп. ко]. Сугару же, не поняв его, по ошибке собрал со всей страны младенцев [яп. ко] и поднес государю. Государь очень смеялся, а человеку по имени Сугару приказал: «Вот и корми их сам!»

Сугару растил этих детей внутри дворцовой ограды. Государь пожаловал ему титул главы рода Типиса-ко-бэ-но мурази — рода Маленьких Детей.
 
Вы читали японскую классическую литературу: антология: из коллекции текстов: khokku.ru